«Там смертью дышал даже песок» Афганская война Ивана Онищука из Луково (Малоритский район)

Когда в 1979 году советские войска вошли в Афганистан,  никто и подумать не мог, что война затянется на долгих 10 лет. По современным данным, потери Советской Армии в афганской войне составили 14427 человек убитыми и пропавшими без вести.

Десятки тысяч искалеченных судеб,  разбитых человеческих жизней, обезумевших от горя матерей и поседевших отцов, которые встречали из армии своих сыновей в цинковых гробах. Афганская война во многие семьи принесла горе и слёзы: в далёкой стране, под чужим небом, опаленным безжалостным солнцем, умирали 18-19-летние мальчишки, еще совсем дети… Заживо сгорая в БТРах, истекая кровью от душманских пуль, умирая медленной и страшной смертью в плену у моджахедов, при последнем вздохе не целованные губы мальчишек из Полесья шептали самые сокровенные слова, как молитву о спасении, как прощание с самой жизнью: «Мама, мамочка, спаси меня!» И разрывались материнские сердца от страшной боли и бессилия, от того, что ничего изменить было уже нельзя.  И каждая, не задумываясь, отдала бы свою жизнь, перенесла бы самые жуткие муки ада,  только бы её сыночек остался в живых. Война в чужом и далеком Афганистане, как, впрочем, и любая другая война – это зло, которое не поддается никаким оправданиям. Можно понять воинов-интернационалистов, побывавших в кровавых кругах ада Афганистана, которым тяжело и больно вспоминать время их службы. Но и забыть такое невозможно. Непросто даются воспоминания о своей армейской юности и Ивану Онищуку из агрогородка Луково.

Иван Онищук. Фото райгазеты «Голас часу»

На срочную службу его призвали осенью 1985 года, после окончания Малоритского СПТУ-11. О том, чтобы откосить от службы в армии, у парня даже и мыслей в голове никогда не было. Наоборот, он хотел служить, а чтобы быть в хорошей форме, юноша увлекался спортом.

— В то время многие ребята считали для себя честью отслужить в рядах Советской Армии, — вспоминает Иван Иванович. – Наоборот, если ты не служил, значит с тобой что-то не так.

Провожали в армию Ивана почти всей деревней. Родители,  друзья и знакомые давали напутствие, желали лёгкой службы, не зная, что буквально и полгода не пройдет, как их Иван каждый день будет смотреть в глаза смерти.

— До последнего не знал, в каких войсках служить буду, — рассказывает воин-интернационалист. – О военном конфликте в Афганистане, конечно, слышал, но не предполагал, что там окажусь. Обо всем догадался, когда очутился в учебке, что в Фергане – это Узбекистан.

 Там в максимально приближенных к боевым условиях горной местности обучали бойцов – будущих десантников,  перед тем,  как отправить в Афганистан. Каждый день изнурительные тренировки, многокилометровые марш-броски, вылазки в горы, занятия по вождению различных видов транспорта. Специальные курсы по идеологической подготовке, на которых обучали, как правильно вести себя с местным населением, знакомили с его обычаями. Иван Иванович вспоминает,  что первое время было очень тяжело, как физически, так и психологически. Скучал по дому, по родителям и двум братьям. Не знал, что его ждет впереди, смогут ли еще увидеться. Командиры от бойцов не скрывали, что в Афганистане им придется ой как несладко. Руководство письма домой писать разрешало. Но многие ребята, чтобы не пугать родителей, сообщали домой, что служат в ГДР или Чехословакии. Иван этого делать не стал. Послушался совета бывалого комвзвода, который сказал: «Долго скрывать не будешь, ведь все равно узнают, что ты на войне. А если что случится? Лучше сказать правду, какой бы она ни была». Иван сразу написал, что находится в Фергане и ждет отправки в Афганистан. А чтобы успокоить и подбодрить родителей, в конце письма дописал: «Родные мои, не волнуйтесь! Со мной все будет хорошо. Тем более, что служу я вместе с парнем из Ляховцев – Иваном Навросюком». 

— Мы с Иваном были в одном взводе, — вспоминает Иван Онищук. – потом нас разбросало. Через какое-то время случайно встретились в Афганистане.

После четырех месяцев учебки солдат перебросили самолетом в Кабул. Там находился штаб 103-й гвардейской воздушно-десантной дивизии, где и служил Иван Онищук.

— Месяц в Кабуле мы проходили курс молодого бойца, — продолжает разговор воин-интернационалист. – Адаптация была сложной. Тяжело было привыкнуть к местному климату, когда днем солнце жарит так, что столбик термометра поднимается выше 50 градусов по Цельсию, а ночью стоит собачий холод. Жили мы в палатках. Казарм там никаких не было. Чувствовалась напряженка с питьевой водой, которую нам постоянно подвозили. Питались в основном консервированной пищей. Не поверите, но мы ели там малоритскую картошку, которую в сушеном виде производил наш консервноовощесушильный завод. Берешь желтовато-нежную горсточку сушеного картофеля, вдыхаешь его аромат,  и кажется, что чувствуешь до боли родной запах дома, только что вытопленной печки, и ласковый голос мамы сквозь утреннюю дрему будит: «Вставай, сынок, завтракать пора, картошечка остынет». Открываешь глаза,  а над тобой все то же раскаленное зноем небо чужой страны.

Через месяц взвод, в котором Иван Онищук служил связистом, был приведен в полную боевую готовность. Разные задания приходилось вместе с сослуживцами выполнять Ивану. Сопровождали колонны с гуманитарными гру­зами, делали вылазки в горы в поисках складов и «духовских» нор, брал он в плен и моджахедов. Можно сказать, что Ивану Онищуку повезло: притом, что он находился всегда в первых рядах, на передовой, его ни разу даже пулей не задело.

Сторожевой пост в горах. Иван Онищук с крупнокалиберным пулемётом «Утес», который поражает цель на расстоянии до 2 километров. Фото из архива Ивана Онищука

— Душманы в первую очередь старались убить командира и связиста, — спокойным голосом говорит Иван Иванович. – Поэтому часто командиры снимали все знаки отличия. Вы спрашиваете, испытывал ли я страх? Да, было страшно. А кому хочется в 19 лет умирать?

Смерть, жуткая и кровавая, в образе нечёсанного бородатого моджахеда была всюду. Она скрывалась в горных ущельях и на перевалах, а в мирных кишлаках она приветливо улыбалась тебе в лицо, чтобы затем по-предательски со звериным оскалом выстрелить в спину. Смертью дышал даже песок и ею был пропитан воздух.

— А было ли что-то хорошее на той войне? – спрашиваю у Ивана Ивановича, понимая несуразность самого вопроса.

— Самое приятное время было, когда, вернувшись после выполненного задания, улучив свободную минутку, писали домой письма, — улыбнувшись, рассказывает мужчина. – И сразу по шесть-семь штук,  чтобы их, когда уйдем на несколько дней на очередное задание, оставшиеся товарищи через день отправляли на родину. Связь с домом, родной Малоритчиной была очень сильной, возможно, это и помогло мне выжить в том аду из огня и смерти. А еще запомнилось празднование Нового года.  Вместо елки ставили пирамидкой три автомата, которые украшали патронами. Было хоть какое-то ощущение праздника. Восхищала местная природа, завораживали горы,  неприступные и белоснежные вершины которых уходили прямо в небо. А самый радостный день был 12 ноября 1987 года, когда закончился срок службы и из Афганистана самолетом мы летели в СССР. Когда пересекли границу, и, наконец-то, оказались в воздушном пространстве Советского Союза, ребята начали обниматься, многие даже всплакнули. Мы были на родине, смерть, страх, кровь остались в чужой стране.

После службы в Афганистане жизнь у Ивана Ивановича сложилась хорошо. Как и двое его братьев, он остался жить в родной деревне Луково, устроился работать в местное хозяйство электриком,  женился. Вместе с любимой женой Инной Михайловной воспитали двух прекрасных дочерей. Возможно, служба отца в Афганистане, его воспоминания о войне и повлияли на будущий выбор профессии девушек: старшая Дарья в звании младшего сержанта служит на погранзаставе в Мокранах, а младшая – Анна – работает бухгалтером в воинской части, что в Бресте. Иван Иванович – замечательный, чуткий и внимательный муж и отец, а еще и хозяин рачительный. Без личного хозяйства никуда, считает воин-афганец, и на своем подворье кроме домашней птицы разводит овец. Их сегодня у Онищуков аж 15 голов. О военном прошлом Ивана Ивановича говорят лишь пожелтевшие от времени фотографии да медаль «За отличную воинскую службу в Вооруженных Силах СССР» ІІ степени.

Екатерина Яцушкевич.

Добавить комментарий


error: Незаконное копирование материалов сайта запрещено!